Санкт-Петербургский университет
   1   2-3   4   5   6   7 
   8  9   10  11  12  13
   14  15  16  17  18  19   
ПОИСК
На сайте
В Яndex
Напишем письмо? Главная страница
Rambler's Top100 Индекс Цитирования Яndex
№4 (3790), 6 марта 2009 года
культура

Посуда с неолитического стола

Огромные, чуть грубоватые глиняные горшки, в которых легко можно спрятать маленького ребенка, делали люди — сложно представить эту цифру! — 7 тысяч лет назад. Это были те времена, когда человек только стал переходить к оседлому образу жизни, а возможность оставаться на одном месте круглый год всегда ведет к появлению в жилище разнообразных вещей. Вот и древним людям понадобилось обустраивать быт — тут-то они и занялись керамикой. Первая глиняная посуда появилась еще до изобретения гончарного круга, и поэтому горшки получались не таких изящных форм, как на вертящемся столе, но при этом они поражают своей простотой и совершенством.

Слева направо: В.Кутыркин, Э.Алексеева, А.Кирпичников, Т.Пескорская.

Слева направо: В.Кутыркин, Э.Алексеева, А.Кирпичников, Т.Пескорская.

Воссоздать творения первых керамистов мира — такую дерзкую задачу поставили перед участниками летнего лагеря в парке Монрепо в Выборге — студентами Университета, обучающимися по программе «Декоративно-прикладное искусство». Научно-педагогическим языком говоря, студенты должны были сделать творческую и исследовательскую реконструкцию. То есть шаг за шагом повторить весь процесс — и смешать глину, и вылепить форму, и обжечь горшок — надо было не просто своими руками, но и в строгом соответствии с тем, как делали это на заре неолита.

— В глину надо было добавить дробленый гранит, мы сами его дробили — сначала гранит обжигали, затем кидали в воду — он кололся, и куски мы перетирали камень о камень, — рассказывает студент Леонид Дерюгин. — Месили глину босыми ногами. Один день мы обжигали посуду, пламя было огромное — в метре от костра можно было обжечься! Весь следующий день горшок остывал, а чтобы процесс шел равномерно, посуду закидывали землей с опилками. Было очень любопытно, ведь никогда не знаешь, что огонь сделает с твоей работой.

В парке Монрепо нашлось все необходимое для соблюдения технологии реконструкции керамических изделий — камни, глина, вода. Для обжига горшков студенты выкопали огромную яму — в ней разводили костер, в котором посуда обретала прочность. То, что в результате получилось, представили на суд зрителей в выставочном зале Союза дизайнеров Петербурга. Это был первый опыт такой «керамической реконструкции» на Северо-Западе России. А в замке в литовском городе Тракае в этом году пройдет уже десятый лагерь, в котором будут участвовать не только гончары, но и ювелиры, кузнецы, мастера, выделывающие кожу. И там соблюдаются «исторические» условия не только в процессе и технологиях работы, но и в жизни — возрождающие древние ремесла люди спят на сене, пользуются факелами вместо электричества. Именно тракайский опыт реконструкции заинтересовал Вячеслава Кутыркина, живущего и работающего между Питером и Литвой. Он и сам поучаствовал в работе исторического лагеря, и привез прошлой зимой Вильнюсский цех гончаров на выставку в Этнографический музей. И, как говорит руководитель литовских летних лагерей, керамист Эляна Алексеева, «год назад бросили камушек в воду, и пошли такие круги...». Выставку увидела преподаватель программы «Декоративно-прикладное искусство» Татьяна Юльевна Пескорская, и вот уже все вместе стали работать над проведением лагеря для студентов СПбГУ на Карельском перешейке.

— Это первая посуда, каменный век. Первые шаги мы делали в фондах нашего национального музея. В первую очередь исследовали оригинальные черепки, нам даже разрешили взять несколько из них на анализ, чтобы узнать, какой состав глины, что за травы, зерна в ней замешаны. У нас в Прибалтике самая древняя культура — Нарвская — оставила очень легкую по весу керамику. Нам было интересно, за счет чего достигался такой эффект. И во время работы в лагерях мы пытались реконструировать глиняную массу, пробовали добавлять сено, траву — ничего не получалось. В конечном итоге оказалось, что нужно добавлять навоз. Его смешивали с глиной и обжигали. У нас получилось не сразу — года три экспериментировали, — рассказывает Эляна Алексеева.

Вообще Вильнюсский цех гончаров реконструирует керамику разных времен — от неолита до ренессанса, а сейчас художники делают изразцовую печь для главного Вильнюсского дворца. А летом в Тракае вильнюсские гончары собирают всех, кто интересуется этой темой, представителей разных стран: Норвегии, США, Японии, Латвии, России.

Эти горшки были сделаны летом в Монрепо.

Эти горшки были сделаны летом в Монрепо.

— Живые копии — это невероятно наглядно, это нужно, чтобы знать, откуда первозданность — в самых первых технологиях, которые сохранились в глубоких украинских деревнях, в Прибалтике. Это первородная суть, — считает Ольга Леонидовна Некрасова-Каратеева, много лет занимающаяся керамикой со студентами, она возглавляла кафедру в Мухинском училище, сейчас — в Университете им.А.И.Герцена.

— Это магия, — говорит она, — что может заложить художник? Форму. Все остальное делают огонь, технологии, мастерство, чутье.

И когда человек, берущийся за глину, понимает и природу материала, и природу человека, получаются удивительные вещи — не случайна в урбанистической среде тяга к народным предметам. По словам Ольги Леонидовны, керамика по древним рецептам сохранилась в Прибалтике как культурное наследие, а не как ремесло, и утилитарные предметы «потихоньку переходят в элитарные». Созданные студентами копии древних сосудов преподаватели видят украшающими садики и лужайки, предметами ландшафтной архитектуры. Вместе с тем, эти горшки можно использовать и по прямому назначению.

— На выставке есть горшок — абсолютно функциональная вещь, — в котором в лагере в Монрепо мы варили кашу, — говорит Леонид Дерюгин.  

Дарья Осинская
Фото Александра Гущина

© Журнал «Санкт-Петербургский университет», 1995-2009 Дизайн и сопровождение: Сергей Ушаков